-1-
И
на этой яхте я совершил одно
умопомрачительно-романтическое
путешествие по западной части Средиземного
моря с выходом в Атлантику через
Гибралтар.
Так
уж получилось, что я случайно включил
на TV
телеканал
Культура. Хотя, тивилизор (как говорил
один очень маленький МЧ) я не смотрел.
Принципиально.
А
тут, как-то... В общем, так надо, видимо,
было.
Шли
там «Новости Культуры» и я реально
замер. Вот как увидел телеведущую, так
и остолбенел.
И
подумал, к черту принципы.
Надо
изыскивать время и знакомиться с этой
потрясшей мое воображение женщиной. И
пусть там хоть что будет с макияжем.
Меня это не остановит.
На
меня с экрана смотрели огромные синие
глаза очень изящной формы, обрамленные
длиннющими ресницами. При таких глазах
они никак не могли быть накладными.
Не
совсем правильной формы большой рот
просто сразил меня. Это была моя слабость.
А женщина не увлекалась новомодными
тенденциями и не увеличивала до безобразия
эти совершенно естественные, пухлые и
наверняка мягкие, а когда надо упругие,
такие сладкие губки.
Прямой
нос, правильной формы подбородок. Слегка
вытянутый овал лица обрамляет копна
светлокаштановых, наверняка натурального
цвета, волос.
Грудь
совершенно небольшая, между первым и
вторым размером. И это было так мило на
теле явно высокой женщины с изящным
рисунком бедер и прямыми ногами.
Случилось
это днем и уже через два часа я был в
этой студии и ненавязчиво выяснял все
об этой молодой леди.
Оказалось,
что зовут ее Мария (надо же как удачно...),
она москвичка, окончила филологический
факультет МГУ, работала ассистенткой
режиссера, а недавно на нее обратил
внимание один продюсер и ее пригласили
в «Новости».
В
связях порочащих ее замечена не была.
Вообще старается здесь на работе со
всеми поддерживать одинаково ровные
отношения, никому не давая повода
испытывать какие-то особые надежды.
А
вообще-то она дама на любителя. Худовата,
плосковата, да и рот какой-то... очень уж
большой.
Короче,
меня пока что все устраивало.
Мне определенно сегодня везло, потому что она была еще на месте, у нее должна была состояться еще одна запись.
Мне определенно сегодня везло, потому что она была еще на месте, у нее должна была состояться еще одна запись.
Дождавшись,
когда она выйдет в коридор, я сделал
растерянно-озабоченный вид и приблизившись
к ней спросил
- А вы не подскажете, как я могу найти такого-то — и я назвал фамилию продюсера
Она
еще рот раскрывала, а я уже сунул ей в
руки визитку. Девушка автоматически
кинула взгляд на нее и немного ошалевшим
взглядом уставилась на меня
- Это ваша!?
- Конечно моя. Я не имею привычки раздавать чужие визитки
- Не может быть — как-то слегка заторможено произнесла она
- Ну почему же... - изобразил я некоторую растерянность. Всучил я девушке визитку на которой было написано «Порфирий Безбашенный — автор и мои телефоны со скайпами и мылом». Это был один из моих псевдонимов, как говорят, творческих. Конкретно под этим я писал современную прозу. Печаталось под этим ником всего две книги. И я никак не ожидал, что Марии что-то известно про них
- Ой, я наверное глупо выгляжу, просто я вас немного по другому себе представляла...
- А вы меня представляли?... Ну, в смысле, этого Порфирия Безбашенного...
- Ну да, конечно... - сказала она как-то смущенно и почему-то покраснела — Только немного совсем по-другому — и она покраснела еще больше
- А давайте все это обсудим за ужином в «Пушкине»...
Здесь
мне пришлось применить немного своих
особых способностей по убеждению.
Я уже знал, что «Пушкин» это ее любимое место, вот только часто там бывать нет возможности. А с мужчинами, особенно малознакомыми, она вообще старается до таких интимных вещей, как ужин в ресторане, дело не доводить.
Я уже знал, что «Пушкин» это ее любимое место, вот только часто там бывать нет возможности. А с мужчинами, особенно малознакомыми, она вообще старается до таких интимных вещей, как ужин в ресторане, дело не доводить.
Она
избегала таких серьезных контактов,
потому что боялась... или не боялась, а
просто старалась этого избегать, а
почему, я еще не разобрался. Там была
какая-то очень больная зона. Что-то такое
о чем она старалась не думать вообще.
Лет
ей было 29. Это я уже знал точно. Даже мог
сказать число и час с минутами ее
рождения. Поэтому я предположил, что у
нее было что-то очень неприятное в
отношениях с нашим полом, из-за чего она
теперь зациклилась на своей карьере и
никого к себе не подпускала.
Устоять
против меня у нее шансов не было. Сама
не заметив как, она оказалась в машине
VIP-такси,
которую я вызвал к студии заранее.
За
ужином я не шалил. Не пытался запудрить
ей мозги дешевыми фокусами с дорогущими
блюдами и винами. Всего было в меру.
Единственное, что отметила она вслух с
непонятной интонацией — то ли восхищения,
то ли осуждения, так это то, что меня
здесь многие узнают. И не только персонал.
Она
призналась, что ей нравятся мои книги
и что никогда не думала, что ей доведется
с автором встретиться лично, потому что
его окружал какой-то ореол таинственности.
Ну,
это-то как раз понятно. Я много денег
тратил на то, чтобы докопаться до
истинного автора было невозможно.
Почему-то никак не хотелось мне, чтобы
таскали меня по интервью и всяким
конференциям, даже если они Пресс.
Она
и сейчас обращалась ко мне как к Порфирию.
А разубеждать ее я не стал.
Обыкновенного
ужина на первый вечер я посчитал
достаточным, тем более, что я постарался
быть предельно внимательным и обаятельным,
без пошлых приколов и дурацких намеков.
Смотреть я старался исключительно ей
в глаза, а не на ее восхитительный рот
или умилительную грудь.
Тем
более, что в этих глазах я натурально
тонул.
У меня заканчивался воздух и я начинал глубоко-глубоко и часто-часто дышать, и несмотря на это в моей груди происходило серьезное стеснение, а в глазах рябение.
У меня заканчивался воздух и я начинал глубоко-глубоко и часто-часто дышать, и несмотря на это в моей груди происходило серьезное стеснение, а в глазах рябение.
Она
наверное воспринимала это за проявление
старческой сердечной болезни, потому
что несколько раз переспрашивала меня
- Порфирий, вам плохо?... Может на воздух выйдем...
Наивная
девочка. Если бы она только знала, какие
коварные планы вынашивает этот Порфирий.
А
я оказывается действительно поганец,
если радуюсь тому, с каким усердием она
выясняет, не болен ли я. Ведь при этом у
нее возникает естественное для каждой
нормальной женщины чувство сострадания
и ей хочется пожалеть болезного.
В
этой ситуации я отмел все моральные
принципы. Цель оправдывает средства. Я
ведь не применяю насилия, в том числе
ментального. Значит, все остальное можно
использовать.
Ведь
эти приемчики использовали тысячи и
тысячи поколений мужчин, стараясь
завлечь понравившуюся самку в постель.
Ознакомиться с книгой "Фантазии Чугуева" и оставить свои комментария и замечания можно на сайте https://ridero.ru/books/fantazii_chugueva/
Ознакомиться с книгой "Фантазии Чугуева" и оставить свои комментария и замечания можно на сайте https://ridero.ru/books/fantazii_chugueva/
Комментариев нет:
Отправить комментарий